|
1. Как вода, мало по малу возливаемая на огонь, совершенно угашает
его, так и слеза истинного плача угашает всякий пламень
раздражительности и гнева. Потому скажем теперь по порядку о безгневии.
2. Безгневие есть ненасытное желание бесчестий, как в тщеславных
людях бывает бесконечное желание похвалы. Безгневие есть победа над
естеством, нечувствительность к досаждениям, происходящая от подвигов и
потов.
3. Кротость есть недвижимое устроение души, в бесчестии и в чести пребывающее одинаковым.
4. Начало безгневия есть молчание уст при смущении сердца; средина -
молчание помыслов при тонком смущении души; а конец - непоколебимая
тишина при дыхании нечистых ветров.
5. Гнев есть воспоминание сокровенной
ненависти, т.е. памятозлобия. Гнев есть желание зла огорчившему.
Вспыльчивость есть безвременное воспаление сердца. Огорчение есть
неприятное чувство, гнездящееся в душе. Раздражительность есть
удобопреклонное движение нрава и безобразие души.
6. Как при явлении света исчезает тьма, так и от
благовония смирения истребляется всякое огорчение и раздражительность.
7. Некоторые, будучи склонны к раздражительности, нерадят
о врачевании и истреблении сей страсти; но сии жалкие не размышляют о
сказанном: устремление ярости его падение ему (Сир. 1, 22).
8. Быстрое движение жернова в одно мгновение может стереть
и истребить больше душевной пшеницы и плода жизни, нежели медленное
обращение другого в течении целого дня: посему мы и должны благоразумно
внимать себе. Иногда пламя, вдруг раздуваемое сильным ветром, более
нежели продолжительный огонь сожигает и истребляет душевную ниву.
9. Не должно быть от нас сокрыто, о друзья, и то, что
иногда во время гнева лукавые бесы скоро отходят от нас с тою целью,
чтобы мы о великих страстях вознерадели [1], как бы о маловажных, и
наконец сделали болезнь свою неисцельною.
10. Как твердый и остроугольный камень. Сталкиваясь и соударяясь
с другими камнями, лишается всей своей угловатости, неровности и
шероховатости, и делается кругловидным: так и человек вспыльчивый и
упорный, обращаясь с другими грубыми людьми, получает одно из двух: или
терпением исцеляет язву свою, или отступает, и таким образом очевидно
познает свою немощь, которая, как в зеркале, явится ему в малодушном
его бегстве.
11. Гневливый человек по временам произвольно увлекаясь этою
страстию [2], потом уже от навыка и невольно побеждается и сокрушается
ею.
12. Ничто так не противно кающимся, как смущение от
раздражительности, потому что покаяние требует великого смирения, а
раздражительность есть знак великого возношения.
13. Если признак крайней кротости состоит в том, чтобы и в
присутствии раздражающего сохранять тишину сердечную и залог любви к
нему; то, без сомнения, крайняя степень гневливости обнаруживается тем,
что человек наедине сам с собою, словами и телодвижениями как бы с
оскорбившим его препирается и ярится.
14. Если Дух Святой называется и есть мир души, а гнев есть
возмущение сердца; то ничто столько не препятствует пришествию в нас
Духа Святого, как гневливость.
15. Нам известны премногие злые порождения гнева; одно только
невольное исчадие оного, хотя и побочное, бывает для нас полезно. Ибо я
видел людей, которое, воспламенившись неистовым гневом, извергли давнее
памятозлобия, скрывавшееся внутри их, и таким образом страстию
избавились от страсти, получив от оскорбившего или изъявление
раскаяния, или объяснение относительно того, о чем долго скорбели. И
видел опять таких, которые, повидимому, являли долготерпение, но
безрассудное, и под покровом молчания скрывали внутри себя
памятозлобие; и я счел их окаяннейшими неистовых, потому что они
белизну голубя омрачали как бы некоторою чернотою. Много потребно нам
тщания против сего змия, (т.е. гнева и памятозлобия), потому что и ему,
как змию плотской похоти, содействует естество.
16. Видел я людей, которые прогневавшись, отвергали пищу от
досады; и сим безрассудным воздержанием яд к яду прилагали. Видел и
других, которые, как бы благословною причиною, воспользовавшись гневом
своим, предавались многоядению, из рва падали в стремнину. Наконец
видел я и разумных людей, которые, подобно хорошим врачам, растворив то
и другое, от умеренного утешения, данного телу, получали весьма великую
пользу.
17. Иногда умеренное песнопение успешно успокаивает
раздражительность, а иногда, если оно безмерно и безвременно,
способствует сластолюбию. Итак будем пользоваться им, рассудительно
разбирая приличные времена.
18. Сидя, по некоторой нужде, близ келлий безмолвствующих мужей,
я слышал, как они от досады и гнева наедине злились, как куропатки в
клетках, и на огорчивших их, как будто на присутствующих там,
наскакивали, и я благочестиво советовал им не жить в уединении, чтобы
из людей не сделаться бесами. И видел опять людей сладострастных и
похотливых сердцем, которые, повидимому, были кротки, ласковы,
братолюбивы, и любили красивые лица; сим я назначал проходить
безмолвное житие, как врачевство, противодействующее блуду и смраду
плотской нечистоты, чтобы им жалким образом не превратиться из разумных
тварей в бессловесных животных. А как некоторые говорили мне, что они
сильно увлекаются тою и другою страстию, (т.е. и сладострастием и
раздражительностью): то я запретил им жить по своей воле; а наставникам
из с любовию советовал, чтобы они позволяли им по временам проходить то
тот, то другой образ жизни, повинуясь однако во всем главному
настоятелю. Сластолюбивый повреждает только себя самого, а может быть и
еще одного, своего сотаинника; гневливый же, подобно волку, часто
возмущает все стадо, и многие души огорчает и утесняет.
19. Великий вред возмущать око сердца раздражительностью, как
сказано: смятеся от ярости око мое (Пс. 6, 8), но больший - словами
обнаруживать душевное неистовство; если же и руками, то это уже вовсе
неприлично, и чуждо монашескому, Ангельскому и Божественному житию.
20. Если хочешь, или думаешь, что хочешь вынуть сучец ближнего,
то вместо врачебного орудия не употребляй бревна. Бревно - это жестокие
слова и грубое обращение; врачебное орудие есть кроткое вразумление и
долготерпеливое обличение. Обличи, говорит Апостол, запрети, умоли (2
Тим. 4, 2), а не сказал: и бей; если же и это потребуется, то как можно
реже, и не сам собою.
21. Если присмотримся, то увидим, что многие из гневливых
усердно упражняются во бдении, посте и безмолвии; а намерение у диавола
то, чтобы под видом покаяния и плача подлагать им вещества, питающие их
страсть.
22. Если, как мы выше сказали, один волк, имея беса помощником,
может возмутить все стадо; то и один премудрый брат, имея Ангела
помощником, может, как добрый мех, полный елея, укротить волну, и дать
кораблю тихое плавание [3]. Сколь тяжкого осуждения заслуживает первый,
столь великую награду получит от Бога второй, сделавшись для всех
полезным примером.
23. Начало блаженного незлобия сносить бесчестия, хотя с
огорчением и болезнию души. Средина - пребывать в оных беспечально.
Конец же оного, если только оно имеет конец, - принимать поношения, как
похвалы. Да радуется первый; да возмогает второй; блажен о Господе, и
да ликует третий.
24. Жалкое зрелище видел я в людях гневливых, бывающее в них от
тайного возношения. Ибо разгневавшись, они опять гневались за то, что
побеждались гневом. Я удивлялся, видя в них, как падение следовало за
падением; и не мог без сострадания видеть, как они сами себе за грех
отмщали грехом, и ужасаясь о коварстве бесов, я едва не отчаялся в
своей жизни.
25. Если кто замечает, что он легко побеждается возношением и
вспыльчивостью, лукавством и лицемерием, и захочет извлечь против них
обоюдоострый меч кротости и незлобия: тот пусть вступит, как бы в
пратву спасения, в общежитие братий, и притом самых суровых, если не
хочет совершенно избавится от сих страстей; чтобы там, подвергаемый
досаждениям, уничижениям и потрясениям от братий и умственно, а иногда
и чувственно ударяемый, или угнетаемый, удручаемый и ногами попираемый,
он мог очистить ризу души своей от ее скверны. А что поношение есть в
самом деле омовение душевных страстей, в том да уверит тебя
обыкновенная в народе пословица; известно, что некоторые люди в мире,
осыпавши кого-нибудь ругательными словами в лице, говорят: «Я такого-то
хорошо омыл». И это истинно.
26. Иное безгневие в новоначальных, происходящее от плача, а
иное . невозмутимость, бывающая в совершенных. В первых гнев связан
слезами, как некоторою уздою.; а в последних он умерщвлен бесстрастием,
как змий мечом.
27. Я видел трех иноков, в одно время потерпевших бесчестие.
Один из них оскорбился, но смолчал; другой порадовался ради себя, но
опечалился об укорившем его; третий же, воображая вред ближнего, пролил
теплые слезы. Так можно было видеть здесь делателей страха,
мздовоздаяния и любви.
28. Как горячка в теле, будучи сама по себе одна, имеет не одну,
а многие причины своего воспаления: так и возгорение и движение гнева и
прочих страстей наших происходит от многих и различных причин. Посему и
нельзя назначить против них одно врачевство. А такой даю совет, чтобы
каждый из негодующих старательно изыскивал приличное средство для
своего врачевания. Первым делом в этом врачевании да будет познание
причины болезни, чтобы, нашедши оную, получить и надлежащий пластырь
для своей болезни от Промысла Божия и от духовных врачей. Хотящие войти
с нами о Господе в предложенное духовное судилище, да войдут: и мы
исследуем, хотя и не ясно, упомянутые страсти и их причины.
29. Итак да свяжется гнев, как мучитель, узами кротости, и
поражаемый долготерпением, влекомый святою любовью и, представши пред
судилищем разума, да подвергнется допросу. Скажи нам, безумная и
постыдная страсть, название отца твоего, и именование злой твоей
матери, а также имена скверных твоих сынов и дщерей. Объяви нам притом,
кто суть ратующие против тебя, и убивающие тебя? - В ответ на это гнев
говорит нам: «Матерей у меня много, и отец не один. Матери мои суть:
тщеславие, сребролюбие, объедение, а иногда и блудная страсть. А отец
мой называется надмением. Дщери же мои суть: памятозлобие, ненависть,
вражда, самооправдание. Сопротивляющиеся же им враги мои, которые
держат меня в узах, безгневие и кротость. Наветник мой называется
смиренномудрием; а от кого рождается, спросите у него самого, в свое
время».
На восьмой степени лежит венец безгневия. Но кто носит его от естества,
тот, может быть не носит никакого иного; а кто приобрел его трудами,
тот, без сомнения, победил восемь страстей.
Примечания
[1] Как некоторые в оправдание свое говорят: я хоть вспыльчив, но это у меня скоро проходит.
[2] По слав. временне неистовствующся вольне. C греч., добровольно подвергающийся временным припадкам сумасшествия.
[3] Здесь Лествичник говорит иносказательно, разумея под мехом тело;
под елеем - кротость; под волнами - возношение и гнев; под кораблем -
брата, или братство.
PG 88, с. 840.
|
